ivan_bunsha (ivan_bunsha) wrote,
ivan_bunsha
ivan_bunsha

Categories:

Гиркин - Ефентьев. Стенограмма передачи "Твердый шаг" 7 апреля 2015 года. Часть 1.

Начало тут. 7 апреля 2015 года Игорь Всеволодович Гиркин в Воронеже принял  участие в съемках телепередачи "Твердый шаг".
Ведущий - Сергей Насонов, Участники - Алексей Ефентьев (Гюрза) и Игорь Стрелков-Гиркин.


Интересное из передачи:


Ефентьев:

1. Вы утверждали, что депутаты Крыма голосовали чуть ли не под стволами автоматов за референдум. А как было на самом деле? (Гиркин — это было преувеличение)

2. Когда Коломойский сказал, что «привезите мне наемника из России, я выплачу 10 тыс долларов за голову». И вот ходили слухи, что если добровольцы из России прибывали небольшими группами, то бывало так и заканчивали. Что некоторые из ополченцев этих людей сдавали украинской стороне. (Гиркин — этого не было)

3. Я общался с представителями вооруженных формирований ЛНР. Они очень гнули палку в сторону товарища Мозгового. Они считали, что он как-бы некомпетентный и может быть даже в какой-то мере работает на сторону Киева. (Гиркин — это чушь)

4.
Есть слухи такие, что там вы были вынуждены оставить несколько десятков раненых. Их дальнейшая судьба по большому счету была двоякой. Некоторых добили, а некоторых вдальнейшем — на обмен. (Гиркин — этого не было)

Гиркин:

1. Весной 2015 Аксенов был лидером партии «Русское единство». Я по просьбе Аксенова вел прием представителей этой партии из разных регионов Украины.

2.
Находясь в Славянске я никаких приказов из Донецка не получал.

3.
Пока я был в Славянске всей системой обороны ДНР не управлял никто. Я не взял на себя управление всей системой обороны ДНР потому что сложно было найти командира, который мог меня сменить на посту коменданта Славянска. Местные в военном деленичего не понимали и боялись оборонять Славянск сами. Я опасался, что  Славянск мог быть сдан (прим - удивительно напоминает опасения о сдаче Донецка). А Славянск — это знамя, склонить которое в тот момент было недопустимо. Поэтому я был вынужден сидеть в Славянске, а не заниматься строительством системы обороны ДНР.

4.
В Горловку я пытался поставить свой гарнизон, но Безлер взял его (гарнизон) к себе. Подчинение Безлера носило декларативный характер. В Донецке я тоже пытался сформировать свое подразделение. Это у не получилось в связи с отсутствием оружия и боеприпасов.

5.
Донецкий аэропорт на момент выхода из Славянска был блокирован формально. А реально к нему проходили колонны снабжения, садились вертолеты.

6.
Я сидел в Славянске и надеялся, что по мере развертывания и формирования сил удастся постепенно продлить линию фронта. Линию (центр?) создали от от Лисичанска до Горловки, но внутри этого центра находились гарнизоны противника (в Соледаре, Артемовске).

7.
Я не думал, что украинцы будут бомбить свои города поскольку полагал, что это вызовет реализацию  обещаний (прим -  что это были за общания и кто их давал не уточняется)

8.
Распрей между руководителями вооруженных формирований не было потому что я их тщательно избегал (прим - правдивость этого пункта подтверждается сводкой высказываний Гиркина, которую я делал тут).

9.
После ареста народного губернатора Павла Губарева это место (прим - место народного губернатора?) освободилось. Когда Губарев вернулся оно было уже занято (прим -  кем занято? в упор не помню нового народного губернатора).

10.
Не исключаю того, что Украина, победив ДНР и ЛНР, атакует непосредственно Россию на территории Крыма.


Насонов: Здравствуйте, уважаемые телезрители. Сегодня наша очередная передача из цикла «Твердый шаг». В этой передаче мы встречаемся с людьми, которые служили в российской армии, служили в советской армии, с офицерами запаса. С теми, кто отдал много сил и времени, и продолжает быть кровно связанным с нашими вооруженными силами. Вооруженные силы для нашего народа (в том числе и для нашего города) это очень важная составляющая нашей жизни.   Сегодня у нас необычная передача. У нас будет и традиционый гость, и гость, которого мы пригласили. Я думаю, что вам будет интересно встретиться с ним. По крайней мере по тем откликам, которые мы при подготовке передачи получили. Конечно, это вызывает очень большой интерес. Я хочу вам представить наших гостей. У нас сегодня в гостях: Алексей Ефентьев, представитель воронежской общественной региональной организации «Край».
Ефентьев: Здравствуйте.
Насонов: И легендарный человек - Игорь Иванович Стрелков. Игорь Иванович, здравствуйте.
Гиркин: Здравствуйте. Насчет легендарного - вы загнули.
Насонов: Ну мы так, должны же мы... Мы же журналисты, мы должны градус поднять. Но на самом деле, Игорь Иванович, я тут думаю, что не загнул. Потому что мы находимся в Ворожежской области, рядом с Украиной. У нас много родственных связей с Украиной. Я думаю, что 80 процентов Воронежской области имеет прямые родственные связи с Украиной. И мы с особым волнением следили и смотрели как развиваются события у наших соседей.
Скажите пожалуйста, Игорь Иванович. Может быть если какие-то вопросы будут неудобны, вы на них можете не отвечать. Ем не менее мы их хотели бы вам их задать.   Первый вопрос. Игорь Иванович, вы гражданин России?
Гиркин: Естественно, конечно.
Насонов: И тем не менее вы оказались с самого начала во главе сопротивления, во главе ополчения. Как это вообще произошло?
Гиркин: Я много раз об этом рассказывал, в принципе. Ну если вы настаиваете, то повторюсь, что я во время крымского мероприятия был внештатным советником у Сергея Валерьевича Аксенова, и в том числе помогал ему общаться. Поскольку он работал 24 часа в сутки, естественно, ему требовались помощники. Поскольку он на тот момент являлся... еще являлся лидером партии «Русское единство», которая имела отделения не только в Крыму, но и в других регионах Новороссии. В частности в Одессе, в Мелитополе, в Херсоне. Соотетственно, поскольку на него лег груз управления, (налаживания жизни Крыма после его выхода из Украины и вхождения в состав России), а люди продолжали приезжать из Новороссии, то он попросил меня работать с ними, общаться с ними. Тем более, что у Сергея Валерьевича было полное понимание того, что вся Новороссия с завистью смотрит на Крым и мечтает чтобы от Харькова до Одессы эти земли вернулись в состав России. И, в принципе, те делегаты, которые к нему приезжали... они стремились, рвались донести эту нехитрую мысль, и предоставить себя в распоряжение Аксенова для того чтобы ее воплотить в жизнь. Именно вот эту работу, общение с ними, он поручил мне. Я ежедневно ему докладывал по этим вопросам.
Опять же, было понимание сразу (не только у Аксенова, но и у всех руководителей независимого (а потом вошедшего в состав России) Крыма), что без надежной связи по суше Крым будет сохнуть как раненая рука у человека. И вместо жемчужины (бриллианта) в короне Российской империи или станет еще одним регионом, который потребует вливаний. Хотя по всем параметрам Крым может стать регионом - донором.   Поэтому когда в Донецке и Луганске вспыхнуло народное восстание, когда были заняты административные объекты. Было четко осознано (мной именно), что им необходима помощь. Причем помощь не обязательно военная или непосредственно силовая, но хотя бы помощь... хотя бы в плане...
Насонов: Организационная?
Гиркин: Да. организационная. Прийти им на помощь и показать как надо делать, как все это происходило... в том числе и в Крыму. Поскольку... Не смотря на то, что Российские Вооруженные Силы сыграли немалую роль в Русской Весне, но без местных активистов, без местных организаций, без их решительности, без решительности Чалого и Аксенова, ничего бы не произошло.
Насонов: Игорь Иванович, скажите пожалуйста. Вот создается впечатление, когда начиналось народное восстание в Донецкой и Луганской областях. И когда первые ополченцы там создавали блок-посты, и фактически без оружия стояли...
Гиркин: Да.
Насонов: У кого-то винтовка там какая-то, у кого-то берданка.
Гиркин: Больше с палками.
Насонов: Палки и тд. У меня такое впечатление, что это все было на энтузиазме. С цветами встречали войска украинские. И даже войска разворачивались, были такие случаи. Все не воспринимали это всерьез.  
Скажите пожалуйста, на что надеялись эти люди (и вы в том числе), когда не было вообщем-то мощных вооружений и техники и когда двинулась украинская армада? Какая-никакая а армия. Конечно, мы сейчас скептически относимся к возможностям вооруженных сил Украины, после того что произошло. Но все-таки, это - техника, это - тяжелое вооружение. И противостоять даже с легким стрелковым оружием (я уж не говорю — с винтовками)... Это же было равносильно самоубийству.
Гиркин: Да нет, никакого самоубийства не было. На самом деле, вы правильно отметили, что украинские ВС находились в состоянии глубокого идейного кризиса. Т.е., на тот момент, воевать против населения были готовы только батальоны, так называемой, Национальной Гвардии. Которые были слабо обучены, зато высоко мотивированы, уже с промытыми мозгами. В то время как военнослужащие, кадровые офицеры вооруженных сил Украины совершенно не рвались (на тот момент) ни воевать, ни поддерживать хунту. Если офицеры - десантники, общевойсковики называли именно так правительство, которое пришло к власти. Они их тоже называли хунтой. И они отлично понимали это в апреле-мае, до избрания и признания партнера Петра Алексеевича президентом. До этого у большинства из них было полное ощущение, что власть в Киеве незаконна.    
И не рвались они ни подчиняться, ни выполнять... То есть приказы выполнялись с оглядкой на то, что эти приказы незаконны. И более того, значительная часть офицеров .. контакты у меня были, неоднократно, переговоры неоднократно велись, они пытались иногда меня к сдаче склонить, а я их. Ни то, ни другое не получилось, но тем не менее, эти контакты были. И многие прямо высказывались, что против России воевать не будут. Если российские войска войдут брать под защиту. Украинская армия не была готова воевать от слова совсем. Многие высказывали возможность...
Насонов: Т.е. как в Крыму?
Гиркин: Да, как в Крыму. Здесь мы были едины в этом отношении. И они и мы ждали, что ситуация повторится. И более того, был переход на нашу сторону отдельных военнослужащих. Солдаты к нам перешли из 25 бригады. Но мой телефон тогда, который действовал, взяло около 40 человек, т.е. больше половины тех, кого мы разоружили. Т.е. они для себя рассматривали возможность при определенном стечении обстоятельств вернуться и встать в наш строй в качестве ополченцев. Т.е. вот такое было настроение. Малая часть перешла, основная часть колебалась, и только единицы открыто выражали какую-то враждебность. Из разоруженной колонны буквально 3-4 человека.
Насонов: Сейчас я передам слово Алексею Викторовичу. А перед этим еще один вопрос задам. Игорь Иванович, вы хорошо знаете Украину. Тем боле вы и в Крыму работали и на Донбассе. Вот у меня лично складывается такое впечатление, что Украина вот такое... Говорят - вот единая Украина, унитарное государство. На самом деле оно поделено со времен Кучмы еще на княжества. Кланы — Днепропетровский, западный. Донецкий. И периодически эти кланы к власти приходили. Днепропетровски клан — Лазаренко, Тимошенко, Кучма. Потом Виктор Федорович Янукович. И за спиной этих кланов олигархи — Ахметов, Коломойский, Порошенко...
Куда делся Ахметов? Сначала была такая непонятная позиция, он говорил - за единую Украину. Потом выскочил на экран и сказал «Донбасс бомбить нельзя, Донецк бомбить нельзя», потом опять исчез. Скажите пожалуйста, вот этот человек, с которым дончане связывали свои какие-то... (ну может не отец народа, но хозяин Донбасса, ну так уж жизнь складывается) он сейчас где? Его не видно на экранах украинских телеканалов, его не видно в Донецке. Где Ахметов?
Гиркин: Ну, в Киеве.
Насонов: В Киеве?
Гиркин: Наездами бывает на территории Донбасса, наездами бывает в Мариуполе. Говорят, что даже в Донецке появляется. Но в данном случае я не могу...
Насонов: А вы с ним контактировали?
Гиркин: Нет, никогда. Несколько раз те люди, которые приезжали на меня посмотреть, намекали на то, что при желании могли бы меня сним состыковать. Поскольку я особого желания не проявлял (откровенно говоря, никакого желания не проявлял) то никаких контактов не состоялось. Ну он с Владиславом Юрьевичем нашим контактировал активно. Мариуполь-то вместе... "один не брал, второй не сдавал".
Насонов: Алексей, прошу вас.
Ефентьев: Мы общаемся в кругу бывших сотрудников различных силовых структур итд, многие задают вопросы. Вот в данный момент... если мы начали говорить о Крыме...
Игорь Иванович, у вас было зявление, что депутаты Крыма голосовали чуть ли не под стволами автоматов за референдум. Я помню, смотрел в интернете интервью. Это реальный факт? Или все-таки воля народа была причиной, которая толкала депутатов на референдум? Мы не будем скрывать, что все депутаты — это люди в какой-то мере не из народа, а это более состоятельные. Из сложившихся каких-то элитных, экономических (может быть и криминальных) кланов. Хотелось бы уточнить эту позицию.
Гиркин: Меня уже за эту позицию чуть ли не в измене родины обвинили... что я сыграл на руку украинской пропагане
Ефентьев: Они конечно вцепились за это дело.
Гиркин: Ну и что, что они вцепились за это дело? Вообще мы что рисуем глянцевую картинку что ли?
Ефентьев: Нет, вот мы и хотим понять — депутаты были против, а народ за?
Гиркин: Было не так, было как везде. Депутат вообще, извините, существо трусливое, особенно при смене власти. Особенно если этот депутат был не избран народом, а прошел по каким-то (на Украине это было, и в Крыму в том числе, вполне нормальное явление) прошел по каким-то серым схемам, купил себе место и был пролоббирован какой-либо группировкой. Проблема на самом деле заключалась не в том, что все депутаты … что всех требовалось собирать. Проблема была в том, что не хватало кворума. Т.е. бОльшая часть депутатов собралась...
Ефентьев: Они просто трусливо не приходили? Или не голосовали?
Гиркин: … ну а некоторые просто не пришли.  
Насонов: Ну как в Донецке было?
Гиркин: Ну вообщем-то да. Т.е. они просто не пришли, они решили выжидать у моря погоды. Смотреть кто победит а потом присоединиться к победителю. Сказать, что они были за Украину - ну этого абсолютно не было. За Украину они не могли быть. Они опять же видели волю народа. Но они..
Насонов: Ждали?
Гиркин: Трусили. Ну, обычно трусили. Потому что - а вдруг не получится? Вдруг с них спросится? Поэтому некоторых, действительно, собирали по квартирам. При этом, конечно, не под автоматами водили. Хотя бы потому, что ополченцы, которые за ними ездили, не были вооружены.
Ефентьев: Ну это образно.
Гиркин: Тем не менее. Поймите, что это не было дело сделано по команде какой-то. Просто ополченцы, когда им сказали, что вот эти депутаты симферопольские, ялтинские... Когда им сказали, что их депутаты отказались приехать... Это была в значительной степени их частная инициатива. Поехали, собрали, привезли, но никого на веревке там не тащили. Тех, кто совсем упирался, двери не открывал, тех и не доставили.
Доставили только... ну … у них позиция была такая — вы меня насильно привезите, я хочу поехать, но боюсь. Вот вы меня насильно привезите чтобы я потом мог сказать, что .. я вот, меня заставили.   Поэтому, опять же повторяю, я ничего такого в этом не вижу. Никакой там пропаганды, не пропаганды. Для того чтобы. Надо просто четко соблюдать свою линию... Не бояться критики, не бояться того, что ты делаешь. Тогда все будет получаться. Если обращать там... Ну мало ли там кто чего скажет. Помните «Жираф большой, ему видней». Помните? «И только старый попугай...»

Ефентьев: Ну мы и ведем к тому понять как все-таки в законотворческих организациях... Знаете, патриотизм в их речах, с телевидения, с газет звучит громко. Мы хотели уточнить, потому что это интересует большинство народа. Все говорят — вот кого мы выбираем. Теперь все понятно.
Теперь бы хотелось перейти к боевым действиям. Все были прикованы к телевизорам, каждый новый час ждали - может быть там новые изменения. Мы со своими друзьями, родственниками — теми, которые работали в прессе там и на центральных наших каналах. И они нам постоянно давали информацию, нам было это очень интересно. И мы душой были там, но надеялись, что мы и телом побываем...
Как осуществлялись, например поездки добровольцев? Потому что у нас ходили такие слухи, что в составе ополченцев были совершенно непорядочные люди и некоторые даже зарабатывали. Когда Коломойский сказал, что «привезите мне наемника из России, я выплачу 10 тыс долларов за голову», И вот ходили такие слухи, что если прибывали небольшими группами, то бывало так и заканчивали. Что некоторые из состава ополченцев бывало этих людей сдавали украинской стороне. У вас были такие факты?
Гиркин: Мне таких фактов неизвестно. Очень сильно сомневаюсь, что в тот момент, когда появилось это объявление... Это было в момент нашего нахождения в Славянске. Очень сильно сомневаюсь, что у нас было это возможно.
Тем более, что российских добровольцев к нам доехало очень немного. К сожалению, большая часть тех кто к нам ехал, они застряли где-то в Донецке или в Луганске. По различным причинам вступили в другие подразделения, которые везде формировались. Т.е. до нас добирались единицы, именно единицы. Из Славянской бригады на момент выхода (где-то примерно 1200 бойцов в строю) российских добровольцев было меньше сотни.
Ефентьев: А вот причина потери Славянска. Ведь Славянск был стратегически важным военным пунктом, после его сдачи пришлось сдавать другие населенные пункты. Вплоть до того, что украинские войска вышли на Авдеевку, оттуда вели прицельный огонь по самому центру Донецка. Вот кто в этот момент управлял всей системой обороны ДНР?
Гиркин: Никто. Смело могу сказать, что всей системой обороны не управлял никто. Ппоскольку никаких указаний из Донецка я не получал - что мне (делать) и как вести боевые операции. Собственно говоря, Славянск стал только одним из центров сопротивления. Попытки ну одновременно с... Ну не одновременно, а несколько позже, но тем не менее возникли два других крупных формирования — это «Восток» и «Оплот» непосредственно в Донецке. Но действия «Востока» и «Оплота» они были как бы очень фрагментарны, очень фрагментарны. Там держали позицию под Карловкой (это к северо-западу от Донецка) и Саур-Могилу. И все, более нигде боевых действий данные подразделения не вели, даже в самом ограниченном виде.
А говорить о том, что было после сдачи Славянска... Противник подошел к Авдеевке, подошел к аэропорту, который всегда был занимался украинскими войсками.
Ефентьев: Он же в тот момент был уже блокирован.
Гиркин: Не был он блокирован, он нормально снабжался. Он был блокирован формально, а реально к нему проходили колонны снабжения без каких-либо трудностей. Реальной его блокады ополчением не было вплоть до нашего возра.. нашего выхода в Донецк. Они вполне производили ротацию, подвозили боеприпасы. Более того, в аэропорту регулярно садились вертолеты, высаживали подкрепление, выгружали боеприпасы. Ни одного...
Ефентьев: Ну это я бы сказал в какой-то мере даже предательство. Потому что подлет ветолета , это практически любой крупнокалиберный пулемет мог бы его сбить.
Гиркин: «Восток» вел войну более чем странно, если это можно было назвать ведением войны. Там сейчас у нас главный герой уже практически, господин Ходаковский. Две блестящие (в кавычках) операции - в аэропорту и в Мариновке. Вот это показатель. Но не буду критиковать. Это пусть как говорится, разбираются другие. Не мне это делать. Вот.
А единого управления не было. Я пытался, базируясь в штабе в Славянске, как бы раздвинуть фронт вправо и влево, т.е. установил связь с Мозговым в Лисичанске, который вошел ко мне в оперативное подчинение, занял гарнизонами Северск, Краматорск, Константиновку, Дружковку.
Вот. Горловку... пытался поставить туда свой гарнизон, но там Безлер как бы взял его к себе, и его подчинение носило только декларативный характер. Реально он мне не подчинялся. То есть Донецк тоже, где пытались мы сформировать свое подразделение... Тоже это у нас не получалось в связи с отсутствие оружия и боеприпасов.
Ефентьев: То есть в какой-то мере были внутренние распри потому что...
Гиркин: Распрей как таковых не было. Во-первых потому что я их тщательно избегал.
Ефентьев: Это вы, а других ситуациях? Потому что я общался с представителями вооруженных формирований ЛНР. Они очень гнули палку в сторону товарища Мозгового. Они считали, что он как-бы некомпетентный и может быть даже в какой-то мере работает на сторону Киева.
Гиркин: Это полная чушь.
Насонов: У нас распри были между Жуковым и Роскоссовским...
Гиркин: Поймите, это гражданская война. У нас везде формируются отряды ополчения. Зачастую отряды ополчения возглавляют случайные люди или люди, которые обладают мощной харизмой и не обладают вообще никакими воеными знаниями. Тем не менее у этих людей, у каждого есть личностные качества. У кого-то они положительные, у кого-то они более отрицательные, у кого-то смесь. Соответственно, все эти личностные качества при отсутствии единого командования, единого управления, они начинали вылезать и играть очень большую роль.
Ефентьев: А как же выступления, постоянно выступали то премьеры то еще какие другие представители ДНР, а руководства получается что никто не осуществлял. А может быть вам нужно было это возглавить?
Гиркин: Может быть и мне надо было это возглавить. Только надо было понимать ту ситуацию, в которой я находился. 90% населения Донбасса не служило в армии от слова вообще. Не имело никогда общения с оружием. Большая часть тех людей, которые приходили к нам добровольцами (а тогда приходили только добровольцы, других не было), они не знали с какой стороны заряжать автомат.
Т.е. в той ситуации выбрать командира, который мог бы меня сменить, на посту коменданта Славянска, было очень сложно. Некоторые командиры из местных, с кем я вел подобные разговоры, они просто... впадали в легкую панику и начинали упрашивать меня ни в коем случае не передавать команду.
Я понимал, что Славянск мог быть сдан. К сожалению, это было так. А Славянск в тот момент, когда он мог еще держаться (особенно в мае, в первой половине июня, в конце даже июня мог держаться.) Это было знамя, Славянск был знамя. Склонить знамя в тот момент — это было недопустимо. Поэтому я был вынужден сидеть в Славянске и у меня была надежда, что по мере развертывания и формирования сил удастся постепенно продлить линию фронта. Действительно, мы же ее расширяли. Пытались создать какую-то единую линию между нами и противником. Но, подчеркиваю, еще раз - мы смогли дотянуть эту линию до Горловки где соседствовали с подразделениями Безлера и до Северска, где мы начали контактировать с Мозговым. Т.е. от Лисичанска до Горловки создали центр, но внутри этого центра находились гарнизоны противника, который... Был сильный гарнизон в Соледаре, который оборонялся спецназом. Это военные склады, которые мы к сожалению так и не смогли набрать сил чтобы их взять. Тем более что они располагались глубоко под землей. Там был комплекс подземных и надземных оборонительных сооружений.
Был достаточно сильный гарнизон у противника в Артемовске, ремонтная база. Поскольку мы через какое-то время оказались скованы, то мои планы по захвату базы... они, к сожалению, не были релизованы. А атаки, которые провел Безлер на Соледар и Артемовск, они были отбиты, причем с потерями. Но это ладно.
Вот, здесь.. Дальше, были гарнизоны... Славянск находился фактически в полублокаде. Между Славянском и Краматорском был ротный опорный пункт противника, который они постоянно усиливали. В Краматорске на аэродроме был сосредоточен достаточно сильный гарнизон. То есть линии фронта, как таковой... мы ее только пытались выстроить. Но, в целом, карта контролируемых территорий - это как пятна на шкуре леопарда. Где-то - мы, где-то они.

Продолжение стенограммы

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments